Общество

Полигон, как фактор политического Олимпа

Вопросы реорганизации Национального ядерного центра (НЯЦ) РК и его дочерних предприятий, строительство первой в Казахстане АЭС и перспективы развития атомной энергетики, исследования территории Семипалатинского полигона – об этом и многом другом говорилось на расширенной пресс-конференции.

Полигон, как фактор политического ОлимпаВместе с генеральным директором НЯЦ РК Эрланом Батырбековым на многочисленные вопросы журналистов отвечали заместитель генерального директора НЯЦ Сергей Березин и директор института радиационной безопасности и экологии центра Сергей Лукашенко.

Внутренняя ротация

По оценке Эрлана Батырбекова, главным событием текущего года для Национального ядерного центра стала его реорганизация, которую провели в полном соответствии с постановлением Правительства страны, связанным с реализацией нового Закона «О государственном имуществе в РК». В результате образованы два новых республиканских государственных предприятия: РГП «Институт ядерной физики» в Алматы и РГП «Институт физических исследований» в Курчатове. Четыре дочерних предприятия вошли в основной состав Национального ядерного центра РК.

Национальный ядерный центр РК продолжает осуществлять свою главную миссию: исследовать атом в мирных целях.

Глава государства Нурсултан НАЗАРБАЕВ сказал о необходимости создания на территории Казахстана первой атомной станции. В связи с этим создана правительственная межведомственная комиссия, членом которой является и Эрлан Батырбеков. По его словам, комиссия уже определяет место для строительства будущей АЭС.

Отметим, по мнению специалистов НЯЦ, в Казахстане есть все условия для успешного использования атомных электростанций. На территории рес-публики имеются крупнейшие залежи урана, которые активно разрабатываются. Есть НЯЦ РК, специалисты которого знают, как правильно вести процесс строительства и эксплуатации АЭС. Серьезное внимание уделяется подготовке кадров для работы в атомной энергетике. Более того, Казахстан обладает четырьмя исследовательскими ядерными реакторами, на которых можно готовить специалистов.

– Само время подталкивает Казахстан к строительству атомных электростанций, – подчеркнул гендиректор НЯЦ РК. – По прогнозам, уже через 10 лет в Восточно-Казахстанской области возникнет потребность в электроэнергии больше чем один ГВТ. А через 15-20 лет она возрастет почти втрое. Покрывать дефицит за счет солнечной энергии или ТЭЦ будет практически невозможно. Только АЭС способны будут решить проблему энергетического голода.

Разумеется, ученые не забывают о вопросах радиационной безопасности. То, что произошло два с половиной года назад на Фукусиме в Японии, сегодня – не показатель, поскольку на этой АЭС использовался атомный реактор первого поколения. Сейчас же идет разработка реакторов класса безопасности 4 и 4+, где, в случае нештатной ситуации, система сама, даже без вмешательства человека, предотвратит утечку радиационных отходов.

Энергия без ограничений

Самым передовым и наиболее безопасным источником энергии на сегодняшний день считается термоядерная энергетика. Это практически неограниченный источник дешевой и самой экологически чистой энергии, который известен человечеству. Использовать его – над этим активно работают курчатовские ученые. На территории НЯЦа установлен ТОКАМАК, позволяющий вести исследовательскую работу в области управляемого термоядерного синтеза. К сожалению, пока что ТОКАМАК в НЯЦе временно «заморожен», поскольку не хватает средств на завершение строительства автономной электростанции. Дефицит составляет 1,1 миллиарда тенге. В ближайшие два года Правительство намерено построить электростанцию.

Отходы – в доходы

Одна из самых обсуждаемых тем в области радиационной безопасности – захоронение ядерных отходов и создание банка ядерного топ-лива в Казахстане. Наши специалисты наработали опыт в безопасной транспортировке и захоронении радиационных отходов. Как сказал заместитель генерального директора НЯЦ РК Сергей Березин, (он курировал проект транспортировки радиоактивного груза из Актау на Дегелен), «понадобился год, чтобы в полном объеме перевезти и законсервировать весь груз». Курчатовкие ученые разработали контейнеры, позволяющие обеспечить максимальную степень безопасности в различных ситуациях, включая чрезвычайные, которые выдержали 12 рейсов на расстоянии 3050 км по железным дорогам Западного, Северного Казахстана и Павлодарской области. На станции Дегелен его сгружали на автотранспорт и доставляли на площадку с одноименным названием. Здесь и было создано хранилище ядерных отходов. Для его охраны введены максимальные меры безопасности.

Как подчеркнул Эрлан Батырбеков, если будет принято положительное решение по созданию специализированного центра работы с радиоактивными отходами, на площадке Дегелен продолжится захоронение радиоактивных отходов, возникающих при добыче нефти и других полезных ископаемых на территории Казахстана. Ни о каких других радиоактивных отходах зарубежного происхождения нет и речи.

Что же касается банка ядерного топлива, то многие страны борются за право его создания на своей территории. Только вот далеко не каждая может обеспечить необходимые условия, разработанные международной организацией МАГАТЭ. Главные из них – это наличие соответствующей инфраструктуры и мирные намерения.

– Не стоит бояться, что создание банка ядерного топлива может ухудшить радиационную безопасность нашей страны или семейского региона, – заверил директор института радиационной безопасности и экологии НЯЦ РК Сергей Лукашенко. – Ведь в этом банке будет храниться всего лишь до 100 тонн ядерного топлива. Для сравнения: Казахстан ежегодно добывает свыше 15 тысяч тонн урана. И этот факт населением приветствуется, поскольку это повышает экономический потенциал государства. Жить с радиоактивностью – это, по большому счету, столь естественно для человечества, как и кушать. Поскольку естественная радиоактивность всегда была, есть и будет в природе.

Полигон с запасом

Территорию полигона необходимо привести в соответствие с текущим положением экологической безопасности – к этому призывают ученые Курчатова Правительство Казахстана.

18,5 тысячи квадратных километров — это слишком большая территория для полигона. Поэтому земли, обследованные и признанные чистыми, необходимо передавать в хозяйственный оборот или для промышленных разработок.

– В 1947 году люди не знали толком, какая именно территория им нужна для создания испытательного полигона, – сказал Сергей Лукашенко. – Шли в неизведанное. Потому и запросили большую территорию под полигон. В СССР никогда не вставал вопрос дефицита земли.

Но сейчас другое время. Возникает закономерный вопрос: а нужна ли эта территория теперь, когда доподлинно известно, что новые испытания ядерного оружия здесь производиться не будут никогда? Скорее всего, нет. Поэтому целесообразнее вернуть ее в хозяйственный оборот, проведя тщательное исследование на предмет радиационного загрязнения.

По словам Сергея Лукашенко, на сегодняшний день исследовано более 5250 квадратных километров полигона, из которых признаны чистыми три тысячи квадратных километров. Причем выводы, сделанные учеными НЯЦ, перепроверяются экспертами МАГАТЭ.

Сейчас на территории полигона работает группа экспертов, которые должны проверить данные исследований, сделанных НЯЦ на западных рубежах полигона. Ранее экспертную проверку прошли северные территории.

– Возможно, что для людей с житейским взглядом на радиационную безопасность, могут возникнуть сомнения: как же может так случиться, что загрязненные территории полигона сейчас вдруг стали чистыми? Однако эти земли просто никогда не были загрязнены, они не подвергались радиационным пыльным бурям или дождям, – подчеркнул Сергей Николаевич.

Радиоактивная речка

С другой стороны, есть некоторые территории, которые необходимо закрыть для доступа человека, поскольку там наблюдается существенное превышение допустимого радиационного фона. К примеру, это 10-километровый участок речки Чаган. Однако он не входит в официальные границы полигона, а значит, пока здесь занимаются скотоводством. И животные пьют радиоактивную воду, а люди потом едят мясо этих животных. Поэтому так важно, чтобы границы полигона соответствовали истинному положению дел. Не в компетенции Национального ядерного центра распоряжаться землями полигона. Ученые лишь могут рекомендовать, какой род деятельности целесообразнее всего избрать для данного конкретного участка. Однако до сих пор ни одно из министерств и ведомств РК не реализовало на практике хотя бы одну из данных рекомендаций.

Экстремальный туризм

Еще с 2006 года руководство НЯЦ хлопочет о том, чтобы территорию Семипалатинского полигона внесли в список всемирного исторического наследия ЮНЕСКО. Однако, пока сам Казахстан не проявил для этого никаких конкретных действий.

Между тем, несколько лет назад по предложению одного из сенаторов Конгресса США, побывавшего на Семипалатинском полигоне, где он услышал о намерениях ученых, испытательный полигон США первым внесли в этот список.

– Я как гражданин Казахстана горжусь тем, что живу и работаю на территории полигона, – заявил Сергей Лукашенко. – Потому что именно этот полигон сыграл ключевую роль в перераспределении сил и ролей на политическом Олимпе послевоенного мира. Не будь Семипалатинского полигона, еще неизвестно как бы сложилась современная картина политического мира. Поэтому полигон — это, прежде всего, памятник определенного этапа человечества.

Кстати, ученые отмечают, что интерес к полигону у мирового сообщества был, есть и будет. Сюда приезжают целые делегации политических деятелей, дипломатов, ученых и исследователей, чтобы познакомиться с тем, где и как производились испытания ядерного оружия. Скоро на полигоне побывает группа из 26 стипенди-атов ООН.

Посмотреть на полигоне, действительно, есть на что. В дрожь бросает сам его масштаб — 18,5 тысячи квадратных мет-ров. Невозможно без содрогания смотреть на оплавленные бетонные сооружения, подвергшиеся взрывной волне после наземных испытаний ядерных бомб. Завораживает уникальное атомное озеро, возникшее на месте одного из взрывов. Все это — немые свидетели деяний человечества.

И посмотреть на них на полигон приезжают даже «дикие» туристы. Тем, кому хочется пощекотать себе нервы экстремальным туризмом. По наблюдениям Сергея Лукашенко, в год таких «дикарей» на территории полигона появляется около 20-30 человек. Руководствуясь определенными правилами, они могут спокойно передвигаться по территории полигона, там, где разрешен свободный доступ.

Екатерина Гуляева

Семей

Еще новости

Back to top button